Владимир Владимирович (niramas) wrote,
Владимир Владимирович
niramas

Categories:

Ложь директора Госархива (часть 3)

Протокол вскрытия получился слишком большим для ЖЖ, а потому мне пришлось разбить его аж на три части. Перед вами открыта заключительная, третья часть. Для получения полной картины рекомендую ознакомиться с ними последовательно, сначала.
Часть 1.
Часть 2.



Вопрос: Советский Союз умиротворял Гитлера?

— А как же? Германия создавала «армию вторжения»: под штыки поставили несколько миллионов немцев. Армию надо кормить. Вот и поставлял Советский Союз в Германию зерно, мясо, молоко и прочую сельхозпродукцию. Поставляли нефть, благодаря чему Германия обеспечивала горючим танки. До 22 июня включительно из СССР шли эшелоны с редкоземельными элементами. Все это вело к эскалации войны. Пакт Молотова—Риббентропа — это стратегическая ошибка, если не сказать преступление советского руководства и лично товарища Сталина.

9j Pyhalov Obolgannaja.jpgБыл бы г-н Мироненко честным историком, а не демагогом-антисоветчиком, он бы нарисовал полную картину, рассказав не только про поставки из СССР в Германию необработанных сырьевых материалов (на доведение которых до ума немецкая промышленность была вынуждена тратить дополнительные время и деньги), но и про встречные поставки ценнейшего оборудования, жизненно необходимого Советскому Союзу. Вот что, в частности, сообщает по этому вопросу историк (без кавычек, но и без орденов) И.Пыхалов в своей книге «Великая Оболганная война» (М., 2005) (выделения мои):

Фирма «А.Вирт» получила заказ на многорезцовые станки GSAB-2, предназначенные для черновой обработки снарядов диаметром от 100 до 250 мм, четырёхшпиндельные специальные полуавтоматы VGDm-1 и VGDm-2 для обработки концов мин (расточка, торцевая фрезеровка и нарезка резьбы дна и очка) диаметром 50—80 мм и 80—100 мм. У фирмы «Хассе Вреде» были заказаны трёхшпиндельные резьбофрезерные станки ADFG-III, предназначенные для обработки очка и нарезки резьбы в снаряде, станки RD III MS — для расточки изделий от 320 до 500 мм, длина расточки 1000—1200 мм{559}. Из Германии были получены уникальные станки для расточки орудийных стволов, обработки крупных гребных валов для военно-морских судов.

По данным немецкой статистики, в 1940—1941 годах Германия поставила СССР 6430 металлорежущих станков на 85,4 миллиона германских марок. Для сравнения: в 1939 году общее число импортированных Советским Союзом из всех стран металлорежущих станков составило 3458 штук.

Согласно мнению некоторых современных германских историков, поставка Советскому Союзу большого количества новейших станков ослабляла военную экономику Третьего рейха, поскольку свыше половины использовавшихся в немецкой промышленности металлорежущих станков к тому времени устарели, имея срок службы более десяти лет…

Тем временем немецкие станки продолжали поступать в нашу страну, усиливая советский военный потенциал. Как воспоминал нарком авиационной промышленности А. И. Шахурин:

«В 1939 году были выделены фонды в валюте для закупки импортного оборудования и дано соответствующее задание Наркомату внешней торговли разместить заказы за границей по нашей спецификации с минимальными сроками доставки. Работники Внешторга оперативно закупили многое из того, что мы просили. И это помогло оснастить уникальным оборудованием, которое в нашей стране не производилось, наши заводы, что сыграло свою роль в налаживании массового производства новой авиационной техники».

Подобное стремление использовать германские высокие технологии было характерно и для других отраслей советской промышленности. Немецкие разработки применялись в производстве вооружений и боеприпасов, машиностроении и оптике, химии и металлургии.

Во-вторых, в Германии было приобретено немало военного имущества. Наиболее внушительной покупкой стал недостроенный тяжёлый крейсер «Лютцов». Переименованный в «Петропавловск», он достраивался в Ленинграде на Балтийском судостроительном заводе…

К началу Великой Отечественной войны готовность корабля достигала 70%. Тем не менее ленинградские судостроители смогли ввести его в строй без помощи немецких специалистов. Корабль использовался как плавучая батарея.

9k Kreiser Petropavlovsk.jpgКогда немцы подошли к Ленинграду, 7 сентября 1941 года четыре 203-мм орудия крейсера открыли огонь. В течение 10 дней по врагу было выпущено свыше 650 снарядов. Думается, попавшим под обстрел «Петропавловска» германским солдатам было особенно приятно осознавать, что в них летят немецкие снаряды, выпущенные из орудий немецкого производства.

17 сентября огнём немецкой артиллерии «Петропавловск» был сильно повреждён и лёг на грунт, погрузившись в воду до броневой палубы. Это произошло неподалеку от переднего края противника. Тем не менее летом 1942 года моряки крейсера, флотские водолазы и специалисты Балтийского судостроительного завода под носом у немцев провели подготовительные работы по подъёму крейсера. В ночь на 17 сентября 1942 года «Петропавловск» всплыл, буксиры «Айсберг» и К-1 увели его из-под носа врага и доставили на Балтийский завод.

Через несколько месяцев крейсер вернулся в строй. В январе 1944 года в ходе операции по окончательному снятию блокады Ленинграда «Петропавловск» вместе с другими кораблями Балтийского флота уничтожал долговременные укрепления, коммуникации, боевую технику и скопления пехоты противника, выпустив по врагу свыше тысячи снарядов немецкого производства.

Помимо «Лютцова», для советского военно-морского флота были получены гребные валы, компрессоры высокого давления, рулевые машины, моторы для катеров, судовая электроаппаратура, освинцованный кабель, вентиляторы, судовое медицинское оборудование, насосы, успокоители качки, оборудование для камбузов, хлебопекарен, корабельной прачечной, аккумуляторные батареи для подводных лодок, орудийные корабельные башни, 88-миллиметровая пушка для подводных лодок, чертежи 406- и 280-миллиметровых трёхорудийных корабельных башен, стереодальномеры, оптические квадранты, фотокинотеодолитная станция, перископы, пять образцов мин, бомбомёты для противолодочных бомб с боекомплектом, паравантралы, противотральные ножи для мин, гидроакустическая аппаратура, магнитные компасы, теодолиты и многое другое.

Сухопутные войска получили две тяжёлые 211-мм полевые гаубицы, батарею 105-мм зенитных пушек с боекомплектом, средний танк T-III, 3 полугусеничных тягача, приборы для управления огнём, дальномеры, прожекторы.

Кроме того, германскими фирмами были поставлены 20 прессов для отжима гильз, оборудование для лабораторий, образцы радиосвязи для Сухопутных войск, костюмы химической защиты, в том числе огнестойкие, противогазы, фильтропоглотительные установки, дегазирующее вещество, автомашина для дегазации, кислородно-регенеративная установка для газоубежищ, портативные приборы для определения отравляющих веществ, огнеупорные и антикоррозийные краски, корабельные краски против обрастания, образцы синтетического каучука и т.п.

Обширной оказалась закупка самолётов: «Хейнкель-100» (Не-100) — 5 штук, «Юнкерс-88» (Ju-88) — 2 штуки, «Дорнье-215» (Do-215) — 2 штуки, «Брюккер В. И. -131» (Ви-131) и «Брюккер В. И. -133» (Ви-133) — 6 штук, «Фокке-Вульф» (FW-58) — 3 штуки, «Юнкерс-207» (Ju-207) — 2 штуки, «Мессершмитт-109» (Вf 109Е) — 5 штук, «Мессершмитт-110» (Ме-110) — 5 штук. Все типы самолётов поставлялись с запасными моторами и запчастями.

Кроме того, в июне 1940 года фирмой Maschinenfabrik Augsburg-Nurnberg A.G. советскому внешнеторговому объединению «Машиноимпорт» были проданы семь дизельных двигателей типа G7Z52/70 мощностью 2200 л.с. и тринадцать типа G7V74 мощностью 1500 л.с, изучение которых способствовало развитию отечественного двигателестроения.

Закупленная немецкая авиационная техника была направлена для изучения в НИИ ВВС, только что созданный в Подмосковье Лётно-исследовательский институт (ЛИИ), ЦАГИ, ЦИАМ и другие организации. Кроме того, по просьбе наркомата авиационной промышленности некоторые самолёты совершили перелёты на заводские аэродромы авиационных предприятий в Горьком, Воронеже, Казани, Харькове. Всего в 1940 году с немецкими самолётами получили возможность ознакомиться около 3500 конструкторов и инженеров.

В результате этих исследований в 1940 году были предприняты шаги по внедрению некоторых немецких технических решений в советскую авиапромышленность. Так, на заводе № 213 в Москве было освоено производство автомата ввода и вывода самолёта из пикирования, установленного на Ju-88. Эти устройства применялись затем на самолётах СБ, Ар-2 и Пе-2. Вместо жёстких сварных бензобаков стали использовать фибровые протектированные баки... По типу немецкого, установленного на двигателе DB 601A, в ЦИАМ был создан двухступенчатый центробежный нагнетатель. В отличие от применяемых в нашей стране одноступенчатых нагнетателей он обеспечивал двигателю большую высотность.

Кроме этого, был введён целый ряд мелких, но полезных усовершенствований в конструкции новых самолётов, таких, как быстросъёмный кок винта по типу применяемых на Bf-109 и Не-100, замки капотов и лючков новой конструкции, открывающиеся без применения инструмента, механический указатель положения шасси («солдатик») на крыле, как на Не-100, выполнение на корпусе разъяснительных надписей для лётчика и реперных точек для облегчения эксплуатации самолёта, как было сделано на Bf-109, механизм стопорения хвостового колеса при посадке для лучшей устойчивости при пробеге, навигационный визир для определения момента ввода в пикирование (Ju-88) и другие. Бомбардировщик ДБ-ЗФ оснастили термическим антиобледенительным устройством по типу имеющегося на Ju-88, для другого советского бомбардировщика, ДВБ-102, изготовили реактивные выхлопные патрубки двигателей по образцу немецких. Начался опытный выпуск оребрённых кожухов колёсных тормозов и радиаторов пластинчатого типа как на Ме-110, Ju-88 и Do-215. На основе немецкого прицела «Лотфе-7В» завод № 217 приступил к производству прицелов СП-1 для бомбометания с горизонтального полёта.

Но и это ещё не всё! Пыхалов продолжает:

Июнь 1941 года стал рекордным по объёму немецких поставок. За три предвоенные июньские недели из Германии в СССР прибыло больше товаров, чем за весь 1935 год. Если же брать апрель-июнь 1941 года, то немецкие поставки за эти месяцы составили 151,3 млн марок, в то время как советские — 130,8 млн марок.

И это не случайно. В первых числах февраля 1941 года Гитлер распорядился, что обязательства Германии по хозяйственному соглашению с СССР «безусловно должны быть выполнены». Было решено, что они будут осуществляться даже за счёт снабжения немецких войск.

Немецкий историк Г. Швендеман констатирует, что весной 1941 года, когда уже вовсю шла подготовка к нападению на СССР, «Советский Союз стал абсолютно привилегированным торговым партнёром Германии, заказам которого было отведено по степени важности в программе военного производства преимущественное место по сравнению с другими заказами как для собственных нужд, так и для поставок иностранным государствам». Германская промышленность, отмечает он, прекратила всё остальное производство, за исключением обеспечения вермахта и поставок в Советский Союз.

Любопытный момент можно найти и в воспоминаниях наркома авиационной промышленности А.И.Шахурина: «В это время мы получали часть оборудования из Германии. Причём перед самым началом войны начались сбои с поставками. Пришлось отправить к границе, где шла перегрузка с узкой колеи на широкую, работников наркомата, чтобы они как можно быстрее отгружали поступавшее оборудование».

На первый взгляд кажется, будто Шахурин подтверждает общепринятую версию о прекращении германских поставок накануне войны. Однако если вдуматься, то приведённые им факты свидетельствуют об обратном. Подчинённые Шахурина были направлены не на немецкие предприятия, а на советско-германскую границу. Именно там начались сбои. Причиною же их стал возросший поток поступавшего из Германии оборудования, которое не успевали перегружать с европейской железнодорожной колеи на нашу. В результате на границе возник затор, для ликвидации которого и отправили работников наркомата.

9m coca-cola_1936.jpgПри этом настоящий, непредвзятый историк бы не преминул сообщить об историческом контексте, в котором происходили обсуждаемые события. А контекст говорит о том, что торговля СССР и Германии перед войной имела весьма скромные объёмы в сравнении с сотрудничеством между Германией и США; сотрудничеством, которое цинично продолжалось и после начала Второй Мировой войны, и даже после нападения Гитлера на СССР. Пишет американский исследователь Чарльз Хайэм, автор книги «Торговля с врагом» (1983):

Нетрудно представить реакцию граждан США и Великобритании, заяви им, что в 1942 году корпорация «Стандард ойл» торговала горючим с Германией через нейтральную Швейцарию и что горючее, предназначавшееся союзникам, получал их противник. Их охватил бы справедливый гнев. Как бы они были возмущены, узнай, что после событий в Пёрл-Харборе «Чейз бэнк» заключал миллионные сделки с врагом в оккупированном Париже с полного ведома правления этого банка в Манхэттене; что во Франции грузовики, предназначенные для немецких оккупационных войск, собирались на тамошних заводах Форда по прямому указанию из Дирборна (штат Мичиган), где находится дирекция этой корпорации; что полковник Состенес Бен, глава многонациональной американской телефонной корпорации ИТТ, в разгар войны отправился из Нью-Йорка в Мадрид, а оттуда в Берн, чтобы оказать помощь гитлеровцам в совершенствовании систем связи и управляемых авиабомб, которые варварски разрушали Лондон (та же компания участвовала в производстве «фокке-вульфов», сбрасывавших бомбы на американские и британские войска); что шарикоподшипники, которых так недоставало на американских предприятиях, производивших военную технику, отправлялись латиноамериканским заказчикам, связанным с нацистами. Причём делалось это с тайного согласия заместителя начальника управления военного производства США, который одновременно был деловым партнёром родственника рейхсмаршала Геринга в Филадельфии. Заметим, что в Вашингтоне обо всём этом отлично знали и либо относились с одобрением, либо закрывали глаза на подобные действия».

Но обо всём этом сказал бы объективный, непредвзятый учёный-историк, каковым доктор Мироненко, как мы в очередной раз убедились, не является.

Вопрос: Прямо-таки преступление?

— Выполняя договор, СССР укреплял армию своего врага. Создав армию, Германия стала захватывать страны Европы, наращивая свою мощь, в том числе новыми военными заводами. И самое главное: немцы к 22 июня 1941 года обрели боевой опыт. Красная армия училась воевать по ходу войны и окончательно освоилась лишь к концу 1942-го — началу 1943 года. Добавьте сюда, что в годы большого террора были перебиты чуть ли не все высшие военные кадры, имевшие опыт командования крупными соединениями. И вам будет понятно, почему к сентябрю 1941 года количество наших солдат, оказавшихся в немецком плену, сравнялось со всей довоенной регулярной армией. Еще первые месяцы войны были страшны тем, что Советская армия не отступала. Отступление — это маневр, без которого войны не бывает. Но наши войска бежали. Не все, конечно,— были те, кто сражался до последнего. И их было немало. Но темпы наступления немецких войск были ошеломляющими.

Лжеисторик Мироненко продолжает игру в своём амплуа — амплуа циничного лжеца-дезинформатора. С вопросом «укрепления армии своего врага» мы разобрались выше. По поводу немецкого боевого опыта — следует заметить, что ни в одной из захваченных ранее стран, даже в Польше, немцам не приходилось сталкиваться с таким сопротивлением, которое ожидало их на территории Советского Союза. Более того; к 22 июня не только вермахт, но и РККА имели боевой опыт: годом раньше РККА разгромила финскую армию в Советско-финской («зимней») войне, одержав трудную победу на таком театре военных действий, война на котором в зимнее время вообще считалась практически невозможной. Победа обошлась дорогой ценой, но победил и добился всех поставленных целей именно СССР. Да и с японскими войсками на востоке страны и в Монголии РККА по итогам повоевала удачно.

Всё это не отменяет того, что опыта настолько грандиозной, тотальной войны, конечно, не было, и многому пришлось учиться по ходу войны. А многое сделать просто не успели.

Мироненко повторяет заезженную страшилку про годы большого террора. Однако сказать правду не может, ведь она не укладывается в ту картину СССР, которую он рисует. Откроем «Российский исторический журнал», № 1 за 1999 г., и прочитаем статью исследователя Г. И. Герасимова «Действительное влияние репрессий 1937—1938 г. на офицерский корпус РККА»:

К 1941 году уровень военного образования командного состава был в основном восстановлен, а благодаря широкому развёртыванию вузов количество командиров, имеющих высшее и среднее образование значительно выросло, таким образом негативные последствия репрессий к началу войны были в основном нейтрализованы.

Большее влияние на уровень подготовленности комсостава оказало наводнение его офицерами с краткосрочной подготовкой. Из-за стремительного развертывания армии их доля к 1941 году достигла 39%. На уровне взвод-батальон эти люди определяли боевую подготовку, готовили войска к войне. Именно их деятельность, а не репрессии, в значительной степени снизили уровень боевой подготовки в войсках.

Больше всего от репрессий пострадал советский генералитет. Как отразились репрессии на образовательном уровне высшего командного состава? Как ни парадоксально, но объективно его уровень вырос. В первой половине 30-х гг. доля лиц этой категории, имеющих высшее военное образование, колебалась от 30 до 40%. Перед началом репрессий 29% имело академическое образование, в 1938 году их было уже 38%, а в 1941 году 52% военачальников имело высшее военное образование.

Может быть, это случайность или фальсификация? Нет. Знакомство автора с архивными документами, отчётными данными кадровых органов по арестованным и назначенным вместо них военачальникам свидетельствует о росте академического образования по всем основным должностным группам. Например, в пик репрессий, с 1 мая 1937 года по 15 апреля 1938 года, из 3 арестованных заместителей наркома обороны ни один не имел академического образования, 2 из назначенных его имели. Из командующих войсками округов: арестовано 3 «академика», назначено — 8; заместители командующих округами: соответственно арестовано 4 с высшим военным образованием, назначено — 6; начальники штабов округов — арестованные не имели академического образования, 4 из 10 назначенных его имели; командиры корпусов — арестовано 12 с высшим военным образованием, назначено 19; начальники штабов корпусов — арестовано 14 «академиков», назначено 22. И так по всем должностям, за исключением командиров дивизий. 33 арестованных комдива имели академическое образование, а среди назначенных таких было только 27. В целом по высшему командному составу количество назначенных, имеющих высшее военное образование, превышает число арестованных с аналогичным образованием на 45%.

Таким образом, репрессии не снизили образовательный уровень затронутых ими категорий офицеров, они повлияли на уровень образования старших и средних офицеров, которые выдвигались на вышестоящие должности. Архивные данные свидетельствуют о том, что это были, как правило, наиболее высоко¬подготовленные командиры.

Важнейшей характеристикой военных кадров является наличие у них боевого опыта. Вполне закономерно, что наибольшим боевым опытом командные кадры обладали сразу после окончания гражданской войны. В 1923 году доля комсостава, имеющего боевой опыт, была равна 80%, к 1930 году она упала до 60%, в 1934 и 1938 гг. составляла 23%, а в 1941 году, несмотря на развёртывание армии, равнялась 29,5%. Военные конфликты второй половины 30-х годов стабилизируют долю командного и начальствующего состава армии, имевшего боевой опыт. В абсолютных цифрах количество прошедших боевые действия, значительно выросло.

Ну и, заканчивая разбор очередной цитаты «историка» Мироненко, остановимся на его словах: «Ещё первые месяцы войны были страшны тем, что Советская армия не отступала. Отступление — это манёвр, без которого войны не бывает. Но наши войска бежали». Оставляю на усмотрение уважаемых читателей решить, чего в этой фразе больше: лжи или подлости в отношении тех, кто титаническими усилиями ломал машину блицкрига с первых минут войны по всему огромному фронту от Карелии до Чёрного моря. Я же утверждаю, что Сергей Владимирович Мироненко гармонично сочетает в себе обе характеристики — лживость и подлость.

Не буду говорить много. Напомню, что в 1812 году наполеоновская армия на лошадях и пешим порядком дошла до Москвы быстрее, чем в 1941 году это сделали вооружённые всей Европой (и немножко Америкой, да) немцы с самолётами, танками, бронетранспортёрами и несравнимым с РККА количеством автомобилей. Да, летом-осенью 1941 года РККА понесла тяжёлое стратегическое поражение. Да, и в 1942 году лето-осень выдались тяжелейшими, почти катастрофическими. Но — почти. Удержали оборону, выстояли, и заставили захватчиков двинуться вспять.

Подлец и лжец Мироненко надеется, что некому окоротить его, отвесить хотя бы вербально звонкую пощёчину за диффамацию миллионов, сломавших гитлеровский блицкриг в 1941 году.

Нет, я не голословен. Почитаем неоднократно издававшийся у нас «Военный дневник» Ф.Гальдера, начальника генштаба сухопутных войск Германии в 1939—1942 г. Вот краткие выжимки из записей за июнь-июль 1941 года:

22 июня: Без сомнения, на стороне противника имели место случаи тактического отхода, хотя и беспорядочного. Признаков же оперативного отхода нет и следа.

24 июня: Войска группы армий «Юг», отражая сильные контратаки противника, … успешно продвигаются вперёд… Войска группы армий «Север» почти на всём фронте отражали танковые контратаки противника. На этом участке фронта русские также сражаются упорно и ожесточённо… Теперь стало ясно, что русские не думают об отступлении.

25 июня: Русские решили в пограничной полосе вести решающие бои и отходят лишь на отдельных участках фронта, где их вынуждает к этому сильный натиск наших наступающих войск.

28 июня: Сопротивление превосходящих по численности и фанатически сражающихся войск противника было очень сильным, что вызвало большие потери в составе 31-й пехотной дивизии.

2 июля: Перед фронтом 17-й армии противник, введя в бой крупные силы танков в качестве прикрытия, организованно отходит.

3 июля: 17-я армия … продолжает преследование отходящего противника. Это «преследование» всё время задерживается упорным сопротивлением со стороны противника, отдельные группы которого беспрерывно переходят в контратаки, большей частью во фланг наступающим войскам и, как правило, при поддержке танков.

6 июля: На отдельных участках экипажи танков противника покидают свои машины, но в большинстве случаев запираются в танках и предпочитают сжечь себя вместе с машинами.

7 июля: 22-я пехотная дивизия понесла тяжёлые потери в результате танковых контратак противника.

8 июля: 2-я танковая группа ведёт бои с противником, который беспрерывно контратакует в направлении Днепра… Намерения отойти на большую глубину нигде не обнаружено.

11 июля: Несмотря на отход на отдельных участках, никаких признаков общего отхода противника не замечено.

12 июля: В результате сильных контратак противника с юга и востока 11-я танковая и 60-я моторизованная дивизии были вынуждены перейти к обороне.

14 июля: Противник произвёл очень сильную контратаку против северного фланга группы армий в районе Звягеля, причём на отдельных участках ему даже удалось продвинуться.

15 июля: Противник предпринимает ожесточённые контратаки… Создаётся впечатление, что противник … прилагает все усилия, чтобы удержаться на занимаемом рубеже и не дать нам возможности продвинуться дальше на восток.

16 июля: Противник силой до семи дивизий перешёл в наступление из района Гомеля на правый фланг группы армий «Центр».

17 июля: На фронте танковой группы Гудериана противник продолжает вести атаки.

20 июля: …Атаки сковывают танковую группу Клейста и задерживают её дальнейшее наступление.

23 июля: Противник усиленно атакует со всех сторон ударный клин 1-й танковой группы, наступающей на Умань»

24 июля: Положение на фронте 11-й и 16-й танковых дивизий обостряется. Эти дивизии слишком слабы, чтобы сдержать натиск крупных сил противника.

25 июля: Сегодня на фронте группы армий «Центр» противник вёл особенно энергичные атаки восточнее Нов. Быхова, у Выдрицы, северо-западнее Рославля и в районе Ельни.

26 июля: В районе Ельни противник продолжает вести непрерывные атаки с востока, вводя в бой свежие дивизии и танковые части.

27 июля: На фронте группы армий «Центр» противник ведёт слабые атаки на Днепре в районе Гомеля и более сильные атаки у Рославля… В районе озера Ильмень противник оказывает сильное сопротивление.

28 июля: Противник ведёт сильные атаки в районах Рогачёва и Рославля… Наши войска ведут оборонительные бои на участке вклинения противника в районе Луги.

30 июля: …Отражены многократные атаки противника. На отдельных участках противник предпринимал до 11 атак, одну за другой!


9o Franz Halder.jpg31 июля: Перед фронтом 17-й армии отмечается упорное сопротивление русских… Противник атакует наши войска по фронту и на южном фланге. Особенно напряжённое положение — в районе Ельни, где противник ведёт упорные атаки со всех сторон.

Это пишет матёрый враг, один из главных организаторов агрессивной политики и стратегии гитлеровской Германии. Пишет почти по горячим следам: первый том «Дневника…» был опубликован в ФРГ в 1962 году. Парадокс: гитлеровский генерал-полковник Гальдер оказывается более честен и справедлив в отношении Красной Армии, чем директор Государственного Архива Российской Федерации, орденоносец и доктор исторических наук С.В.Мироненко.

Вопрос: Выходит, приказ Сталина «ни шагу назад» и заградотряды были необходимы?

— Очень сложный вопрос, на который я лично для себя ответить не могу. Конечно, нет ничего хорошего в том, чтобы выставлять перед отступающими войсками пулеметные расчеты, которые расстреливали своих же. А как остановить фронт, если он бежит в панике? В первые месяцы войны, судя по открытым данным МО, армия в бегстве бросила несколько миллионов винтовок, которые нужно было потом восполнить. Но мы не жили в то время. Я не могу взять на себя роль внешнего беспристрастного судьи.

Рад за Сергея Владимировича: он явно смотрел художественный фильм «Цитадель», а, может быть, даже и телесериал «Штрафбат», однако кинематографические заградотряды к правде жизни отношения не имеют, и по должности своей г-н Мироненко должен бы это знать лучше других. Про «бегущие в панике фронты» мы уже поговорили с Гальдером.

Подлинное омерзение вызывает попытка Сергея Владимировича пококетничать, вот только роль красной девицы подходит ему, как корове седло. «Я не могу взять на себя роль внешнего беспристрастного судьи», пишет он. Однако чем же являются его слова, которые он с упорством, достойным лучшего применения, озвучивает из года в год, как не попыткой пристрастного (и притом облыжного) осуждения прошлого?

Вопрос: «Солдат не жалеть, бабы еще нарожают»?

— Эту фразу приписывают Георгию Жукову. На самом деле сказана она была в другой ситуации и другим военачальником — Климом Ворошиловым. А под Москвой свою роль, бесспорно, сыграли и Жуков, и сибирские дивизии, и мороз. Но думаю, что только этим дело не объяснить, если не прибавить к ним стойкость и самоотверженность каждого солдата и народного ополченца — то, что мы с вами называем героизмом. Но даже это понятие — «героизм», по-моему, не может сполна объяснить природу той стойкости и самопожертвования.

Приписывают эту фразу Жукову, как, впрочем, и Ворошилову, лжецы и подлецы вроде господина Мироненко. Анализ генезиса этой фразы я произвёл по итогам старого интервью «Комсомольской правде» (ссылка и цитата выше), и с тех пор вновь открывшихся обстоятельств обнаружено не было. Зато директор Госархива позволяет себе панибратски называть одного из высших государственных деятелей СССР Климента Ефремовича Ворошилова «Климом».

А дальше растекается мыслию по древу, пытаясь рассуждать о героизме, природе стойкости советских людей. Из уст человека без чести и совести, каковым является С. В. Мироненко, эти неловкие рассуждения звучат особенно нелепо.

По поводу следующих далее пассажей Мироненко в отношении политрука Клочкова и 28 панфиловцев могу лишь предложить перечитать ответ Маршала Язова, где всё сказано чётко и по-военному прямо. Ссылка и цитата — выше, в начале данного материала.

Вопрос: Несколько лет назад в Европе ставился вопрос о том, чтобы приравнять коммунистическую идеологию к нацистской. Сейчас это сделано на Украине. Российские коммунисты и патриоты видят в этом попытку пересмотреть итоги Второй мировой, фальсифицировать нюрнбергский приговор.

— Ну зачем нам с вами вторгаться в игры политиков?

И снова кокетство. До сих пор Мироненко ничтоже сумняшеся занимался политикой и вёл антисоветскую пропаганду, не гнушаясь ни лжи, ни демагогии. А тут вдруг, вместо того, чтобы спокойно и чётко ответить, что нацистская и коммунистическая идеологии в самой основе своей несравнимы, что попытки их сравнения как раз и являются попыткой сформировать базис для пересмотра итогов Второй Мировой войны, и что Россия крайне критически относится к соответствующей деятельности Европарламента в целом и отдельных стран в частности — «историк» воздевает очи горе и заявляет о своём нежелании «вторгаться в игры политиков».

Тут не игры, господин Мироненко. Тут спланированная многолетняя кампания по диффамации СССР и пересмотру итогов самой страшной войны в истории человечества. И должность директора Госархива — очень удачная позиция для того, чтобы с помощью документов пресекать враждебные поползновения.

Однако нет; прямой защитой интересов России орденоносный лжец Мироненко заниматься не хочет.

Ещё одним образчиком своеобразного хода мыслей г-на Мироненко является сказанная им ближе к концу интервью фраза «Немцы славян не считали за людей. И потому, обнаружив колхозный строй, не стали его отменять».

Как человек с таким владением логикой стал доктором наук — понимать отказываюсь. Надеюсь, придёт время, и проект «Диссернет» поможет разобраться в этом вопросе (или его создатели «своих» не трогают?).

Под конец интервью Мироненко заявляет:

Вопрос: Так возможна ли фальсификация истории?

— Настоящий историк всегда докопается до истины. Тем более в нашей бюрократической стране, где один документ зарегистрирован во множестве мест.

И вот здесь-то, наконец, с директором Госархива можно и нужно согласиться. Настоящие историки до истины докапываются всегда. Даже и не совсем «настоящие», а любители, вроде меня, могут докопаться до истины.
Как бы ни старались её спрятать и извратить деятели вроде Мироненко.

Подводя итог своему скромному расследованию, я резюмирую: государственный чиновник, директор Государственного Архива Российской Федерации, доктор исторических наук, кавалер ордена Почёта Сергей Владимирович Мироненко — лжец и подлец, человек без чести и совести, ведущий целенаправленную антисоветскую и антироссийскую пропаганду в российских СМИ, не гнушаясь ни демагогическими приёмами, ни откровенным враньём.

Мне совершенно всё равно, насколько хорошим специалистом он является в архивном деле (говорят, кстати, весьма хорошим). Но мне не всё равно, когда на моих глазах пытаются извратить нашу многострадальную историю.

Я далёк от мыслей, будто, прочтя этот материал, С. В. Мироненко устыдится: «Ах, извините, как я был неправ, да простят меня Жуков и Ворошилов, возвращаю свой орден в Правительство, ибо более недостоин его носить».

Было бы, конечно, неплохо, если бы он отреагировал примерно так: «Вопиющие поклёп, хула и поругание на меня, заслуженного историка, буду защищать своё честное имя в суде, ждите повестки».

Однако сомневаюсь и в этом: ведь в судебном разбирательстве нелицеприятная правда о г-не Мироненко не просто выплывет наружу, но и будет во всеуслышание доказана.

10 2010 mironenko_i_medvedev.jpg
2010 год: Президент России вручает орден директору Госархива.
Возможно, чиновник Мироненко своей добросовестной работой в должности директора предприятия под названием «Государственный архив Российской Федерации», действительно честно заслужил орден Почёта. Но только вот о добросовестности господина Мироненко как учёного-историка, как видно, говорить нет никаких оснований. Возникает вопрос: можно ли доверять столь активному агитатору и пропагандисту русофобской лжи сохранность нашей исторической правды?

Если вам доведётся увидеть интервью или публикацию господина Мироненко — знайте: он — лжец, и его слова могут не стоить бумаги, на которой написаны.

Было бы неплохо, чтобы СМИ внёсшие свой вклад в популяризацию воззрений г-на Мироненко, которые он нагло навязывает, используя своё должностное положение, найшли мужество сообщить своим читателям, что публиковали недостоверную и враждебную пропаганду. Правда, на это тоже нет особой надежды.

В своём интервью Мироненко кокетливо вопрошает журналиста, можно ли его называть «сталинистом» или «национал-предателем» за те или иные утверждения. Ответ на этот вопрос директор Госархива Мироненко даёт самостоятельно. И не своими либеральными или антисоветскими заявлениями, а своей беспардонной ложью.

Резюмирую.

Директор Государственного архива Российской Федерации С.В.Мироненко — лжец, подлец, человек без чести и совести.

И мне — стыдно.


Если мой пост вам понравился, вы можете поблагодарить меня за мой труд любым доступным способом.


Tags: Буденный, Великая Отечественная, Володарский, Госархив, Жуков, Мироненко, СССР, бабы нарожают, история, ложь, правда, сталинизм, честь и совесть
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 113 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →